Изменение соотношения между процессуальной деятельностью суда и внепроцессуальной деятельностью полиции

13.01.2016

Изменение соотношения между процессуальной деятельностью суда и внепроцессуальной деятельностью полицииОднако изменение соотношения между процессуальной деятельностью суда и внепроцессуальной деятельностью полиции — не единственный путь ограничения гарантий прав личности в уголовном процессе, по которому идет современная буржуазная юриспруденция. Другой путь связан с проникновением в западную юридическую науку социофрейдистских концепций.

Как известно, учение австрийского психиатра Зигмунда Фрейда исторически возникло и первоначально развивалось в рамках германской науки, где впервые было обращено внимание и на юридические аспекты его учения. Однако позднее приоритет в разработке прикладных вопросов социофрейдистских концепций перешел к США. В известной степени это связано с работами американского судебного психиатра немецкого происхождения К. Мен — нингера, фактического основателя «психоаналитической юриспруденции», и его последователя А. Эренцвейга, осуществившего систематизацию идей нового направления. В результате возникли концептуальные основы так называемой «третьей модели уголовного процесса», получившей название медицинской модели Сторонники этого направления осторожно, но довольно определенно проводят мысль о целесообразности последовательного повышения роли психиатра в уголовном процессе, расширении его участия в решении основного вопроса — о виновности подсудимого, для чего используется действовавшая еще в германском инквизиционном процессе концепция, объявлявшая эксперта не только средством доказывания, но и помощником судьи. Сегодня эта концепция, слегка модернизированная с учетом требований времени, поддерживается Федеральной судебной палатой ФРГ. В соответствии с ней деятельность эксперта отнюдь не исчерпывается дачей заключения. Как отмечает западногерманский юрист К. фон Петере, эксперт принципиально выделяется из системы средств доказывания, ставится в один ряд с органами уголовного преследования, на него перекладывается большая ответственность за решение дела. Показательна в этом отношении статья Дж. Фицсимонса, опубликованная в «Австралийском полицейском журнале». В ней автор пытается доказать, что эксперт с большей вероятностью, чем суд, способен установить истину. Не исключается и фактическая подмена судьи психиатром. По К. Меннингеру, осуществление правосудия в строгих рамках судебной процедуры — средневековый архаизм; ныне подобная концепция правосудия себя изжила. В сфере регулирования уголовно-правовых конфликтов между личностью и государством на первый план выдвигается фигура психиатра, который, как считал К. Меннингер, «ни в малейшей степени не заинтересован в правосудии»Психологические доказательства

В Англии после прецедента по делу Лэвери широкое распространение получили так называемые психологические доказательства. Они представляют собой результаты испытания обвиняемого по специальным тестовым программам. В качестве одного из возможных результатов испытания отмечается степень агрессивности субъекта. В ФРГ эксперты проводят самостоятельное расследование уголовного дела, собирают доказательства, дают заключения по вопросам права. При этом Федеральная судебная палата прямо указала, что в ряде случаев суд вынужден следовать заключению эксперта, так как не обладает достаточными специальными познаниями, чтобы его оспорить. Между тем мировой юридический опыт выработал достаточный арсенал средств, позволяющих всесторонне оценить заключение эксперта с точки зрения процессуальных категорий относимости, допустимости, достоверности, достаточности. Игнорирование этого опыта, отказ от оценочной деятельности суда объективно снижает уровень правосудия, ведет к подрыву процессуальных гарантий. В Англии на страницах юридической периодики активно обсуждается вопрос о возникновении принципиально нового вида доказательств — научных или, по другой терминологии, технических. Эти термины употребляются в тождественном смысловом значении и по своему содержанию охватывают информацию, полученную путем обработки первичных данных на ЭВМ. Как отметил один из наиболее авторитетных в Англии теоретиков доказательственного права Г. Уильяме, «по мере повышения готовности и способности юристов пользоваться социологическими сведениями и техническими данными этот вид доказательств превратится в один из важнейших». Но уже сейчас научные доказательства определенно занимают известное место в судебной практике Англии. Более того, «относительное количество научных доказательств, представляемых суду, возрастает», а в некоторых случаях суды решают дело даже «исключительно на основе таких доказательств». Правда, по мнению английских юристов, этот вид доказательств более применим в процессе доказывания по гражданскому делу, чем по уголовному. Установлено, что привлечение информации, выданной компьютером, в гражданских процессах полностью оправдано, например, в случае необходимости судебного исследования деловой активности, рыночной конъюнктуры, биржевых индексов и т. п. торгово-экономи — ческих категорий, имеющих существенное значение в некоторых делах, разрешаемых на основе гражданского, коммерческого и банковского права.